Есть ли детство во время войны…

Недавно, находясь по состоянию здоровья в одной из больниц города Казани, я случайно познакомилась с одной немолодой женщиной. Она была довольно подтянутая, стройная, ухоженная и приятная, со следами былой красоты на лице. Для себя я отметила, что ей 70, не больше. Мы начали общаться, и я поняла, что ошиблась с возрастом. Ей было за 80, но, несмотря на груз прожитых лет, она сохранила ясный ум, здравый рассудок, человеческое достоинство, говорила логично, красиво

Слово за слово, и вот уж мы, как давние знакомые, беседуем о проблемах здоровья, о личном, о жизни. Бывает так, что едва знакомые люди так располагают к откровенным разговорам, что хочется излить всю душу, рассказать о том, о чем и близким не расскажешь, не желая их расстраивать; иногда и себя оберегаешь от воспоминаний, чтобы не бередить старые раны.

Так за разговорами мы стали коротать долго тянущееся в больничной палате время. Она рассказывала о своей жизни, как бы распутывая клубок воспоминаний, я же слушала, и перед моими глазами словно  мелькали кадры черно-белой киноленты 30х – 40х годов. Особенно меня потряс ее рассказ о военном детстве (она уроженка Белоруссии). Мне захотелось поведать об услышанном современным детям, а также взрослым.

Итак, получив ее разрешение, я предлагаю Вашему вниманию воспоминания ребенка войны. Романова Тамара Архиповна (в девичестве Печень) родилась в деревне Бересневка Могилевской области Белоруссии. Семья Архипа и Софьи была большая – 8 детей и все девочки: Анна, Любовь, Галина, Нина, Тамара, Мария, Ольга, Зинаида. Когда началась война, Тамаре было примерно 6 лет. (Почему примерно, надеюсь, понятно: все личные документы сгорели, восстанавливали уже после войны.) Уже на третий день войны фашисты были в Могилевской области. Тамара Архиповна запомнила, как переживали взрослые, услышав о начале войны. Соседи собирались переехать в деревню Борки, что находилась в лесу. Они не знали, что делать: остаться в Бересневке или переехать в Борки, где их ждал новый дом. В итоге вещи были собраны, они попрощались, поплакали и  поехали… Оказалось, что поехали на свою погибель: фашисты согнали всех жителей деревни Борки и сожгли живьем. От деревни осталось только пепелище. Из-за опасения, что жители деревень будут помогать партизанам, в первую очередь уничтожались те деревни, которые были расположены в лесу или около леса.    Деревня Бересневка, где проживала до войны семья Печень, тоже находилась около леса и была сожжена фашистами. Отец был на фронте, двое старших сестер ушли в лес накануне. Мама Софья и ее шестеро детей остались в живых случайно, кто-то предупредил их о приближении карательного отряда. Они убежали в лес, но далеко уйти не успели. Уже из леса  наблюдали, как горел их большой добротный дом, построенный отцом для своей многодетной семьи. Были слышны душераздирающие крики, распространялся жуткий запах горелой плоти… Каратели сожгли всех жителей деревни.

Название деревни Бересневки, так же как и других сожженных деревень таких, как Борки, Неговля и еще многих других выбито на обелиске в мемориальном комплексе «Хатынь». В Неговле кто-то убил немецкого солдата, в отместку вся деревня была сожжена вместе с ее жителями. Начались скитания многодетной семьи из деревни в деревню, из города в город в поиске куска хлеба и крова. Спасал лес (белорусские леса богаты ягодами, грибами, орехами).

Тамара Архиповна вспоминает, как они жили в оккупированной фашистами деревне: «Какой-то старик из жалости пустил нас в дом, мы спали на печке. В ту же  избу поселили фельдшера, отделив ему часть дома одеялами. Это был красивый молодой немец, по имени Герман. Как-то раз он принес целый котелок каши и отдал голодным детям. Даже среди фашистов встречались милосердные люди».

Помнит она и то, как гнали наших пленных по шоссе в Могилев от Бобруйска. Они шли пешком, раненые, голодные. Женщины решили, что если передать им что-то из еды через детей, немцы ребятишек не тронут. Но они ошиблись. Как только дети приблизились к пленным, фашисты открыли огонь.

Смерть ходила по пятам, семье чудом удавалось выжить. Однажды мама очень сильно заболела. У нее была высокая температура. Пришли немцы, всех выгнали на улицу и куда-то повели. Мать была такая слабая, что шла позади колонны со своими  детьми. Шли долго, впереди их ждала грузовая машина. Продрогшие от холода, голодные, уставшие люди ринулись к ней.  Обессиленная, мать потихоньку опустилась на корточки, рядом примостились ее дети. Кузов быстро заполнился людьми, затем их  куда-то повезли, а оставшихся погнали обратно. Впоследствии выяснилось, что их увезли в сторону Пинских болот, где они были расстреляны и потоплены.

Несколько раз семья была на волосок от смерти. Однажды пришлось переночевать в земляной бане (землянке). Утром услышали чужие голоса, хотели выйти, но дверь была закрыта снаружи (в те годы сжигать людей живьем – для фашистов дело обычное). Решили, что все – вот им и конец пришел. Но почему-то фашисты передумали, вывели их по одному, построили, подержали под дулами автоматов, а потом повели строем в соседнюю деревню Мазуровка. Может, их хотели использовать как живой щит (шел 1944 год и Советские войска стремительно наступали, не давая опомниться врагу).

До освобождения Могилевской области Белоруссии оставалось уже совсем недолго. По разговорам взрослых, дети поняли, что наши недалеко. Ожидались ожесточенные бои. Чтобы не быть убитыми шальными пулями, женщины и дети решили вырыть траншеи и дожидаться своих. Сидя в яме, они наблюдали за тем, как спешно собираются и удирают немцы, уже забыв об оставшихся в живых местных жителях.

“Это наши! У него звездочка!”- крикнул вдруг один из мальчишек, выглянув из траншеи, и бросился к первому советскому солдату, бежавшему впереди всех. Женщины пытались остановить его, но куда там…

Вслед за ним все женщины и дети побежали навстречу своим. Женщины упали перед первым солдатом на колени, плакали и обнимали его. То же самое сделали и дети, глядя на матерей. Солдат плакал вместе с ними, пытался их успокоить, гладил по волосам. Маленькая Тамара на всю жизнь запомнила слова, произнесенные солдатом: «Не бойтесь, не плачьте. Больше войны не будет!»

Закончилась война, но не закончились испытания семьи Печень. Жить было негде, есть нечего. Когда дети заболели тифом, мать ничего не могла дать им кроме воды. Но, несмотря на все трудности, все выжили.

Не все с пониманием относились к проблемам многодетной семьи. У  Тамары Архиповны до сих пор осталась обида на местные власти: в деревню пригнали коров, оставшихся от немцев, всем раздали, а семье Печень отказали, сказав: «Вы не колхозники» (Папа был лесником, а мама швеей). Не учли даже того, что отец был на фронте. Трудно сказать, чем бы все это закончилось, если бы не вернулся отец.

Постепенно жизнь стала налаживаться. Отец построил небольшой домик. Дети стали ходить в школу. Когда Тамара Архиповна стала рассказывать о послевоенном времени, у нее загорелись глаза: «Помню, какое у нас было страстное желание учиться. При свете керосиновой лампы мы готовили уроки, не ложились спать, пока все не сделаем, – вспоминает она. Послевоенное время было трудным, голодным, но не было уже того страха, который ни на минуту не оставлял человека во время войны».

В годы войны Белоруссия потеряла каждого четвертого жителя. Тамара Архиповна считает, что их семье удалось выжить только благодаря молитвам матери.

На сегодняшний день живы три сестры Тамары Архиповны. Для них День Победы – это самый главный праздник. День Победы дал им право на жизнь, избавил страну от фашистской чумы.

Студентка 3 курса направления «Журналистика»

РИИ Фарида Газизова

Фото : 900igr.net

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *