Русские мусульмане – обзор явления

20-ый век стал, наверное, первым за всю историю человечества, когда в мир – во всяком случае, в западный мир – пришла религиозная свобода, и люди смогли сами делать свой религиозный выбор. До этого на протяжении многих веков люди придерживались каких-то убеждений просто потому, что так было принято в их народе или государстве. Единицы могли сделать этот выбор осознанно – этих людей мы до сих пор знаем, как философов, мыслителей или основателей новых религиозных течений. В частности, русские люди, которые веками были православными христианами, теперь довольно часто делают выбор в пользу иных религий, в том числе в пользу ислама. С каждым годом становятся все более привычными славянские девушки, одетые в хиджаб, с русскими именами Света или Таня, или молодые люди в тюбетейках и с бородами, которых в прошлом могли звать Иван или Алексей. Далее мы постараемся более детально рассмотреть это явление под условным названием «русские мусульмане»

 

Что известно о переходах в ислам из истории?

 

Первая (из известных нам) соперничества ислама и православия за души россиян зафиксирована в «Повести временных лет», которая датируется началом 12 века. В ней рассказывается, что, когда князь Владимир решился принять одну из монотеистических религий (вместо славянского язычества), к нему в Киев прибыли православные и католические миссионеры, иудеи – посланцы Хазарского каганата и мусульмане – скорее всего, из Волжской Булгарии. По легенде, Владимир отказался от принятия ислама, узнав, что он запрещает употребление спиртного. «Руси есть веселие пити, не можем без того быти» – так якобы ответил он на предложение принять ислам. Однако, следует отметить, что многие историки ставят этот рассказ под сомнение.

Более достоверные свидетельства также зафиксированы в летописях. Так, в одной из летописей, повествующей об истории Ярославля, содержатся сведения о принятии ислама бывшим православным монахом. Этого человека звали Зосима (Изосима). Покинув монастырь и сменив религию, он устроился на службу к наместнику Золотой Орды, занимавшемуся сбором дани с ярославцев. В 1262 году, желая нажиться, наместник увеличил размер податей, что вызвало недовольство жителей города. Они взбунтовались против произвола ордынских властей и убили их прислужника Зосиму.

Еще один документально известный случай перехода представителя духовенства в другую религию произошел в 1742 году в Стамбуле. Иеромонах Константин Неополитанский (Констанций Русский) был настоятелем церкви, работавшей при посольстве нашей страны в Османской империи.

Согласно официальной версии, он принял ислам, польстившись на богатые дары турецкого султана, затем раскаялся в содеянном, за что и принял мученическую смерть. Русская православная церковь причислила его к лику святых.

Остается только догадываться, что произошло с Константином на самом деле[1].

Следует отметить, что до манифеста о веротерпимости (от 1905 года) в России переход из государственного православия в другие религии был наказуем. К примеру, Соборное уложение от 1649 года предписывало казнить татарина, если он «… какими-нибудь мерами насильством или обманом русского человека к своей бусурманской вере принудит, и по своей бусурманской вере обрежет»[2]. Более позднее «Уложение о наказаниях» от 1845 года предписывало: «За отвлечение… кого-либо от христианской веры православного или другого исповедания в веру магометанскую, еврейскую или иную нехристианскую, виновный приговаривается: к лишению всех прав состояния и к ссылке в каторжную работу в крепостях на время от восьми до десяти лет, а если он по закону не изъят от наказаний телесных, и к наказанию плетьми…»[3]

Еще этим фактом можно объяснить довольно редкие случаи обращения в другие религии). Так что до конца 20 века все эти обращения оставались все-таки редкими и единичными случаями.

Впервые проблема русских мусульман появилась после войны в Афганистане (1979-89 гг.), когда часть советских военнопленных, бывших в плену, принимала ислам. Об этом, в частности, повествуется в известном фильме Владимира Хотиненко «Мусульманин», где рассказывается как русский парень Николай, побывав в афганском плену, возвращается домой мусульманином по имени Абдулла, и как этот факт с трудом воспринимают его родные и земляки.

После распада Советского Союза и отмены обязательного государственного атеизма – когда религия стала делом личного выбора, многие жители России и стран СНГ стали выбирать себе религиозные убеждения по душе и убеждениям. Именно тогда (в конце 90-х – начале 2000-х годов) «русский ислам» стал довольно-таки заметным явлением на постсоветском пространстве. Особенно заметным это явление стало после обращения в ислам нескольких православных священников: в 1999 году ислам принял Вячеслав Полосин (известный сейчас под именем Али), его примеру последовал в 2003 году Сергей Тимухин, а в 2006 – Владислав Сохин.

 

Сколько вообще в России «русских» мусульман?

 

Нужно сказать, что термин «русские» можно употребить здесь довольно условно, подразумевая русскоязычных жителей РФ, предки которых не исповедовали ислам. По национальному составу эта группа довольно пестрая – среди них есть и этнические украинцы, и белорусы, и молдаване, и евреи. Автор статьи встречала в мечети даже обрусевших цыган-мусульман.

Число подобных новообращенных оценить практически невозможно, поскольку такую статистику никто не ведет. Так что все оценки – в зависимости от заинтересованности их авторов (в увеличении либо в уменьшении русских обращенных) – очень сильно расходятся.

Упомянутый выше Вячеслав Али Полосин еще в 2003 году утверждал, что русских мусульман в стране около 10 тысяч (а с тех пор прошло уже почти 15 лет, так что их число могло вырасти на порядок).

Известный религиовед Роман Силантьев, оценивал количество русских, перешедших в ислам примерно в 5-7 тысяч.

В то же время, по данным сотрудников полиции, в одной только Астрахани около тысячи русских мусульман, состоящих у них на учете. А глава Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин заявлял о «десятках тысяч русских, принимающих ислам».

Некоторые исламские сайты пишут о том, что в России несколько сотен тысяч русских мусульман.  Лидер Национальной организации русских мусульман (НОРМ) Харун Сидоров утверждал еще несколько лет назад, что в России наберется от 50 до 100 тысяч русских мусульман[4].

Сама автор статьи, будучи администратором женской мусульманской группы ВКонтакте и одним из авторов женского сайта, периодически получает письма от женщин, принявших ислам (с разными вопросами). За все время существования группы (около пяти лет) таких писем мы получили около 200. К этому нужно прибавить несколько десятков новообращенных девушек и молодых людей, которые являются моими друзьями и знакомыми (или просто встречались в мечети). Так что лично мне наиболее реальной кажется цифра в несколько десятков тысяч русских мусульман. То есть, не слишком большое количество, чтобы оно стало сильно заметным на фоне русских, исповедующих традиционное православие (либо вообще равнодушных к религии), но все-таки довольно большое, чтобы от него можно было отмахнуться.

 

Почему же русские принимают ислам?

 

Так что же толкает русских молодых людей – и особенно девушек (а количество женщин в общем количестве обращенных намного превосходит количество мужчин) в лоно довольно-таки экзотической для россиян религии?

Личное общение с обращенными, а также изучение различных материалов на эту тему дает возможность распределить их по следующим группам (в зависимости от причины обращения):

  1. Замужество (гораздо реже – женитьба) с представителем исламской религии.

Скорее всего, это самая распространенная причина обращений в ислам. Несмотря на растущий в обществе феминизм и самостоятельность женщин, очень многие представительницы слабого пола до сих пор зависимы от своего спутника жизни или любимого человека в вопросе убеждений. И ради того, чтобы быть рядом с ним, готовы оставить веру предков (особенно если до этого к религии были равнодушны).

От таких девушек мы периодически получаем письма примерно одинакового содержания:

«Я по рождению христианка, а мой любимый человек – мусульманин. Про свою религию я почти ничего не знаю, только верю, что Бог есть. Я люблю этого человека, и он хочет жениться на мне…».

Далее могут быть варианты:

Идейный: «Общаясь с ним, я заинтересовалась исламом, стала изучать эту религию и поняла, что она мне близка».

Вот что, к примеру, недавно написала нам девушка по имени Марина: «Я христианка, но религией не увлекалась, верила в Бога и все. Познакомилась с парнем, праведным мусульманином, он открыл для меня ислам».

Более практичный: «Сам он религию не соблюдает (соблюдает, но лишь формально), но все-таки он и его родные хотят, чтобы его жена была мусульманкой, поэтому я решила принять ислам, чтобы сделать им приятное».

Следует сказать, что довольно часто женщины, принимая ислам, чтобы сделать приятное своему жениху/мужу, впоследствии так проникаются его учением, что исповедуют его искренне и по душевной склонности. Более того, их усердие может начать раздражать их мужей (которые сами религию почти не соблюдают). Этот момент отражен в довольно известном среди российских мусульман турецком фильме «Невестка из Дании». Молодой парень-турок и девушка-датчанка знакомятся у нее на родине, в Дании. Молодой человек ставит условием для невесты обращение в ислам, поскольку иначе ее могут не принять его родители. Молодая пара приезжает жить в Стамбул, где европейская невестка – будучи человеком искренним и добросовестным – усердно принимается за изучение и соблюдение своей новой веры: начинает совершать намаз, потом надевает хиджаб. Последний момент так раздражает ее светского мужа (который считает, что «средневековый» внешний вид жены может повредить его карьере), что супруги все больше отдаляются друг от друга и в конце концов расстаются.

  1. Личный духовный поиск.

Эта группа, что называется, вторая по счету, но не по значимости. В сущности, эта причина обращения в ислам представляет наибольший интерес для исследователей, но, к сожалению, иногда – и опасность для окружающих людей, поскольку именно эти обращенные поставляют членов для леворадикальных групп.

Варианты обращений – по этой причине – могут быть самыми разными:

Человек ищет Бога и смысл жизни, с этой целью изучает самые разные религии и учения, однако все они по каким-то причинам его не удовлетворяют – пока он не узнает об исламе. И тогда он понимает – вот то, что он искал всю жизнь! (автор знает, о чем пишет, поскольку сама прошла подобный путь).

Кто-то еще может интересоваться восточной философией, и поэтому его заинтересовало такое мистическое течение в исламе как суфизм. К примеру, таким именно образом – на волне интереса различными оккультными и эзотерическими учениями – пришел к восточной философии и суфийской мистике известный французский философ Рене Генон.

Кому-то нравится в исламе его «оппозиционность», протестность – что он идет вразрез с «мейнстримом», с государственным православием. Одна такая новая мусульманка – бывшая до принятия ислама членом скандальной «Национал-большевистской партии» Эдуарда Лимонова – свидетельствует:

«Ислам является религией социального протеста, но не на словах, как христианство, а на деле. Ведь необходимость бороться с несправедливостью и тиранией прописана на уровне вероучения. Если в детстве меня учили, что религия призывает не сопротивляться, то здесь, если человек видит несправедливость, он обязан остановить её. Если он не может остановить делом, то он должен осудить словом, или в крайнем случае осудить сердцем. Мне эта позиция близка»[5].

Именно по этой причине многие молодые россияне стали интересоваться исламом во время первой (1994-96 гг.) и особенно второй (1999-2009 гг.) чеченских войн, когда мусульмане-чеченцы представлялись им в романтическом ореоле борцов за веру и за свободу своей родины.

Еще одна причина – когда человека привлекает именно «брутальность», воинственность ислама, которая дает ему возможность поделить мир на черный и белый, а людей – на «своих» и «чужих», и стать таким «борцом за идею» (влившись в ряды какой-либо экстремистской, радикальной группы мусульман).

  1. Следующую причину можно назвать «человеческим фактором».

Человек проживает/работает/учится в среде этнических мусульман, и его привлекла их порядочность, надежность, любовь к семье и родителям, уважение к традициям, строгость нравов.

Оказавшись в беде, человек получил помощь именно от мусульман (а свои единоверцы, наоборот, проявили черствость и равнодушие, оставили его без помощи).

Принятие ислама от противного: возникла какая-то личная обида на бывших единоверцев; встретился в христианской среде проявлением явной безнравственности и поэтому понял, что здесь нет истины (и наоборот, в среде мусульман получил помощь и был впечатлен высокой нравственностью)

Вот свидетельство такой новообращенной: «Когда я стала взрослее, как-то мы пошли с папой в церковь святить пасхальные куличи. Даже в том своем юном возрасте я не могла понять, как можно приходить в церковь и видеть пьяного батюшку. Я не скажу, что это во всех церквях происходит, но тот случай очень повлиял на мое видение религии. После него я больше не ходила в церковь, а вскоре и папа перестал ходить. Я поняла, что к православию не лежит душа, потому что видела в нем много неправильностей и непорядочностей»[6].

  1. «Военнопленные» – какое-то количество русских солдат, попав в афганский, – а затем в чеченский плен – принимало ислам (как упомянутый выше герой фильма «Мусульманин»), чаще – ради спасения жизни. Но потом проникались его идеями, так что даже вернувшись на родину, не отказывались от своей новой веры.
  2. Случаются даже обращения «мистического» порядка» (хотя, скорее всего, их тоже можно отнести к группе «идейных» обращений), когда человеку в некий трудный момент его жизни (либо в период внутреннего духовного кризиса) снится сон, где ему каким-то образом дают понять, что его место именно в исламе.

 

«Свой среди чужих» – как относится к русским мусульманам общество?

Почти все новые мусульмане так или иначе сталкиваются с непониманием и отчуждением своих родных и друзей. Почти в каждом письме об обращении в ислам (которые мы получаем) содержится такой текст:

«Хочу принять ислам (уже приняла ислам), но родители против. Как им сказать об этом, что теперь делать, чтобы они приняли мой выбор?»

К сожалению, после принятия ислама (и вообще – любой нетрадиционной для данного общества религии) обращенный почти всегда встречается с осуждением и враждебностью. Причина этого лежит, прежде всего, в консерватизме и ксенофобии окружающих – которые даже будучи сами равнодушными к родной религии, считают, что каждый человек должен следовать той религии, в которой он родился, а перемена ее – это «измена вере предков», «предательство родины/родного народа».

В случае с исламом здесь прибавляется страх перед терроризмом и экстремизмом – ведь, что греха таить, довольно много русских мусульман за последние годы пополнили ряды разных радикальных групп. Так что родители/знакомые/коллеги испытывают вполне объяснимый страх, узнав, что рядом с ними теперь будет жить или работать мусульманин.

Один из исследователей феномена русского ислама пишет:

«В 2012 году был проведен опрос в Интернете об отношении к русским мусульманам, в котором приняло участие 5 176 человек, из которых 14% отнеслись нейтрально к исламским неофитам из числа русских, 1,8% – приветствовали их выбор, 32% опрошенных отнеслись отрицательно, но считают, что это их личное дело, 41% называют таких русских «предателями русского народа». Были опрошены в том числе и этнические мусульмане (татары), которые, что удивительно, относятся к принятию русских ислама далеко не положительно, считая, что русский все же должен исповедовать православие»[7].

«Масла в огонь» такого негативного отношения часто подливает поведение самих неофитов, которым свойственно неумеренное «усердие не по разуму» – категоричность, нетерпимость, неуважение к чужому мнению, к иным религиозным взглядам, желание немедленно обратить в ислам всех окружающих.

 

 «Чужой среди своих» – как принимают обращенных их новые единоверцы?

 

У этнических мусульман – представителей различных мусульманских народов России – отношение к обращенным может быть диаметрально противоположным. Молодые энтузиасты, которые сами недавно пришли к соблюдению веры предков, относятся к этому явлению радостно и положительно: для них сам факт обращения в ислам людей, чьи предки исповедовали иную религию, —  лишний довод в пользу истинности своей религии. «Раз столько человек обращается в ислам, значит это действительно истина».

Старшее поколение, которое в массе религию не соблюдает – либо соблюдает, но с некоторым националистическим оттенком – относится к обращению русских в ислам недоверчиво и подозрительно, ища в этом скрытую корысть или тайный умысел: «Они русские, у них своя церковь есть, что им в нашей вере делать? Ислам – это наша татарская (чеченская, узбекская) вера». Обилие в среде русских мусульман молодых девушек дает основания подозревать скрытые матримониальные планы: «Наверное, замуж за наших парней хотят выйти». Усугубляет такое отношение, к сожалению, частое негативное отношение к русским других народов России – которые воспринимают их как представителей власти, которая долгие годы пыталась тем или иным способом насильственно ассимилировать их.

Официальное мусульманское духовенство видит в обращении русских (и иных «этнических православных») угрозу определенному «статус-кво» с православной церковью – при котором православные отказываются от миссионерства в среде мусульман, а мусульмане, в свою очередь, не должны обращать в ислам христиан. Так что радость по поводу появления новых мусульман имамы выказывают далеко не всегда:

Одним из первых, кто из высшего мусульманского духовенства, высказал негативное отношение к русским мусульманам, был муфтий Татарстана (1998-2011) Гусман Исхаков, заявивший в одном из своих интервью в апреле 2003 года следующее: «Меня, как муфтия, не радует, что русские принимают ислам. <…> Каждый пусть держит свою паству, сеет в своем огороде. Да и потом, примеры русских, перешедших в ислам, не слишком обнадеживающие: у них обычно повышенная агрессивность, да и менталитет у них совсем другой. <…> Мне кажется, что каждый должен свои исконные обычаи, нравы, традиции хранить».

Сменивший Гусмана Исхакова на посту муфтия Татарстана (2011-2013) Ильдус Файзов, хоть и высказывал позитивное отношение к русским мусульманам, в тоже время признавал факт наличия у них «синдрома неофита»: «Я очень положительно отношусь к таким людям, но все же, их отличие в том, что они очень фанатично подходят к исламу в отличие от этнических мусульман. У этнических мусульман ислам в крови, они к этому готовы. А эти люди, после принятия ислама, порой и перебарщивают в некоторых вещах».

Муфтий Ямало-Ненецкого автономного округа Хайдар Хафизов отрицательно относится к принятию русскими людьми: «Такого не должно быть: сегодня одна вера, завтра – другая»[8].

Отдельной проблемой стоят попытки русских мусульман создать семью с представителями тех или иных мусульманских народов. Поскольку большинство обращенных – это молодые девушки (мужчин на порядки меньше), им неизбежно приходится вступать в брак с мусульманами других национальностей, сталкиваясь с проблемой иного менталитета и традиций, которые играют большую роль в браке, а то и с откровенным брачным мошенничеством (когда некоторое количество непорядочных мужчин смотрит на русских девушек как на «временных жен», легкую добычу для удовлетворения своих страстей, – которых потом можно без проблем бросить).

 

Планы и перспективы – что ждет дальше «русский ислам»?

 

Во что суждено впоследствии вылиться этому явлению – сказать пока что очень сложно. Среди самих русских мусульман некоторое время назад были планы организовать свою особую группу или движение – отличное от других российских мусульман. Речь идет об основанном в 2004 году движении под названием НОРМ (Национальная организация русских мусульман). Руководители этой организации считали, что русским мусульманам суждено стать отдельной движущей общественной силой – и этнической группой в среде российских мусульман (каковой, к примеру, стали кряшены – крещеные татары, образовав свою национально-религиозную группу в среде татар). Члены этой организации принципиально избрали для соблюдения ислам маликитской школы – чтобы отличаться от преобладающих в России и СНГ ханафитов и шафиитов, отличались своеобразием в толковании религиозных текстов и под конец впали в некоторый национализм, демонстративно обособляясь от мусульман других национальностей. Однако, поскольку уже лет пять (по крайней мере), как о ней почти ничего не слышно, можно предположить, что ее деятельность постепенно сошла на нет.

Один из исследователей пишет по этому поводу:

«Может ли сложиться отдельная русская мусульманская культура, тесно связанная с этнической идентичностью, как это, например, есть у татар или чеченцев? Ответить на этот вопрос можно только в том случае, если русские мусульмане будут сохраняться как общность в течение нескольких поколений и проживать в относительно ограниченном территориальном пространстве, причем преимущественно в сельской местности. Пока же основная масса русских мусульман – это неофиты в первом поколении и в массе своей горожане. Даже если не только их дети, но и внуки и правнуки будут воспитаны как мусульмане, это еще не гарантирует того, что русские мусульмане смогут оформиться в отдельную субконфессиональную группу русского народа, наподобие молокан или духоборов.

Не произойдет это, на наш взгляд потому, что русские мусульмане проживают в городах, где этнорелигиозные различия претерпевают трансформацию под влиянием урбанизации и глобализации. Те же старообрядцы сформировались в субконфессиональную группу русского народа по причине определенной замкнутости своего существования, подчеркнутой обособленности, значительной людской массы и компактного совместного проживания с единоверцами. Ничего подобного у русских мусульман, большинство из которых живет в мегаполисах, пока даже близко не наблюдается. Поэтому, на наш взгляд, в нынешних условиях русские мусульмане не смогут сформироваться даже в будущем в отдельную субконфессиональную группу русского народа»[9].

Тем более, что, поскольку, как мы сказали в самом начале, религия все больше превращается из национального мировоззрения в дело совести каждого человека, параллельно с принятием русскими ислама идет и обратный процесс – этнические мусульмане принимают какие-то иные, нетрадиционные для них религии (или вообще отходят от веры). Если существуют православные арабы или татары, то почему не могут существовать русские мусульмане? Тем более что мы живем в эпоху глобальных перемен, и то, что казалось невозможным вчера, кажется совершенно обыденным сегодня. Так что вполне возможно, что у феномена «русского ислама» могут быть большие перспективы.

 

Анна Кобулова

студентка 2 курса заочного отделения направления “Журналистика” РИИ

Фото: uzxalqharakati.com

daa-ffo.de

[1]Цитируется по статье «Какие русские приняли ислам в царской России» //http://russian7.ru/post/kakie-russkie-prinyali-islam-v-carskoy/

[2] Там же.

[3] «Что полагалось за отступление от православия в царской России»// http://theologian.msk.ru/history/194-chto-polagalos-za-otstuplenie-ot-pravoslaviya-v.html

[4] Цитируется по статье Тимура Юсупова «Русский ислам разрывает Россию»// http://www.ansar.ru/analytics/russkij-islam-razryvaet-rossiyu

[5] Михаил Яковлев «Почему вчерашние православные принимают ислам?»// https://versia.ru/pochemu-vcherashnie-pravoslavnye-prinimayut-islam

[6] Ольга Башей: Приняв ислам, я почувствовала себя другим человеком// http://qha.com.ua/ru/intervyu/olga-bashei-prinyav-islam-ya-pochuvstvovala-sebya-drugim-chelovekom/172129/

[7] Раис Сулейманов «Русские мусульмане: обзор феномена»// https://aftershock.news/?q=node/377147&full

[8] Там же.

[9] Там же.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *